Трудоголиком Ефим Щепоткин себя не считал, но в половине восьмого утра всегда сидел в офисе компании.
Намечал планы на день, звонил, рассылал электронные письма. Компанию он создал сам, дело своё знал и любил, и своей финансовой обеспеченности тоже не стеснялся.
В восемь утра пришла секретарша Вероника, сварила боссу кофе. Женатый Ефим иногда ночевал у неё, шутил, что ему положено по статусу. Однако на работе их отношения были сугубо деловыми. Вероника принесла кофе, чмокнула шефа в щёчку и удалилась в приёмную. А через десять минут оттуда раздался её вопль:
– Девушка, что вам нужно? Ефим Палыч занят! Вам назначено? Нет? Тогда прошу выйти, или я вызываю охрану!
Отставив недопитую чашку, Ефим высунулся из кабинета. Напротив секретарши стояла худенькая девушка в чёрном костюме. У неё был вздёрнутый носик и обиженно оттопыренная губа. Никогда прежде Щепоткин её не встречал.
– Прошу выйти! – надрывалась Вероника. – Или жму кнопку сигнализации!
Визитёрша в чёрном увидела Ефима и вспыхнула смущённой улыбкой.
– Здрасте вам! – сказала она, отталкивая Веронику. – Вы же Ефим Палыч? А меня зовут Сюзя!
– Сюзя?… – Щепоткин задумался, вспоминая, кто бы это мог быть. – Вы откуда, из какой фирмы? По перевозкам или по связи?
– Ну что же вы? – воскликнула Сюзя с оттопыренной губой. – Забыли? С сегодняшнего дня я ваша телохранитель. И буду вас телохранять!
Эта нахальная несуразная худышка настолько не вязалась с образом бодигарда, что секретарша Вероника попятилась, села и засмеялась. И теперь Ефим вспомнил недавний разговор с тёщей…
***
– Фима! – сказала на днях Павлина Оскаровна. – Не так уж часто я тебя о чём-то прошу…
«Ещё бы, любезная тёща! – ехидно подумал Ефим. – О чём тебе просить, если мой банковский счёт и так к твоим неограниченным услугам?…»
– Прими к себе в офис одну девочку? – сказала тёща. – Соверши благой поступок. Это племянница моей дальней родственницы, ныне покойной. Её родители тоже умерли, она осталась круглой сиротой, представляешь, какой ужас!
Ефим нахмурился. Дела в компании шли отлично, он без ущерба может прокормить пару-тройку дармоедов, но принимать к себе родственников Ефим избегал. Не хотелось слышать, как подчинённые шушукаются, будто Щепоткин «держит блатных».
– Её что, больше никуда не берут? – попробовал увильнуть. – У меня вроде штат полный, как бы ещё сокращать не пришлось…
Впрочем, Ефим по опыту знал: бодаться с Павлиной Оскаровной бесполезно.
– Фима, не будь грымзой! – перешла в наступление тёща. – Надо помочь ребёнку. Это скромная милая девочка, моя крестница, просто божья коровка. И у неё больше на всём белом свете никого нет, кроме меня … и тебя.
«Лучше бы меня у тебя тоже не было!» – кисло подумал Ефим. Но вслух сказал:
– Чего умеет ваша божья коровка, мама? Как её звать?
– Она Сюзанна, Сюзенька, – сказала тёща. – Фамилия Коврикова. Между нами говоря, дурацкое имя. Даже тут Сюзе не повезло. Не могли по-человечески назвать, что ли?
«И это говорит женщина по имени Павлина Оскаровна! – мысленно огрызнулся Щепоткин. – Вот бы кому помолчать насчёт дурацких имён!»
Дальше выяснилось, что Сюзя Коврикова молода, неопытна и толком ничего не умеет. Ефиму вовсе стало грустно. Точно – лишний рот на шее фирмы! Зато тёща заявила:
– Я уже сообразила, кем ты её возьмёшь, зять! Пусть будет … твоим личным телохранителем?
Предложение звучало настолько абсурдно, что Ефим захохотал.
– Павлина Оскаровна, вы в своём уме? Во-первых, я не настолько большая шишка. Мои конкуренты – нормальные люди, а бизнес абсолютно легален. Во-вторых, покушаться на мою персону (тьфу-тьфу) никто не собирается…
– Вот и замечательно! – обрадовалась тёща. – И не надо, чтоб на тебя покушались! Значит, с тобой Сюзенька будет в безопасности, её никто не обидит. Она ведь такая ранимая, такая нежная…
Ефим понял, что хитрая тёща решила убить двух зайцев. Облагодетельствовать за его счёт крестницу-сиротку – раз. Прицепить к состоятельному зятю надёжного шпиона – два. Тада-дадам!… Похоже, кончились его беззаботные амуры с Вероникой.
«Кобра ты толстомясая! – злобно думал он, глядя в самодовольное лицо Павлины Оскаровны. – Зараза четырёхподбородочная! Дома от тебя покою не было, а теперь и на работе не спрятаться?»
Жена Ольга с детьми была в очередном отъезде. С тех пор, как Щепоткин стал получать хорошие деньги, она горячо полюбила круизы и курорты. Ефим знал, что Ольга тайно ему изменяет. Жена тоже наверняка догадывалась, что её муж спит с секретаршей, но помалкивала, ибо у самой рыльце в пуху. Сцен ревности в семье никто не закатывал, лишь бы внешние приличия были соблюдены.
Бог с ней, с женой, но «довесок» в виде непонятной родственницы Сюзи Ефиму был нужен, как собаке пятая нога. А куда деваться? Ефим лишь скорбно вздохнул.
«Чёрт с ней, с этой божьей коровкой, – подумал он. – Приткну каким-нибудь курьером, фасовщицей, упаковщицей… Всё равно тёщенька не отстанет».
– Присылайте свою протеже, мама, – сказал. – Поглядим, на что годится ваша нежная и ранимая сиротка Сюзя…
***
Вспомнив всё происходившее пару дней назад, Ефим взмахом руки успокоил секретаршу и сказал девушке в чёрном:
– Вон оно что! Сюзанна, значит? Тёщина крестница? Так бы и говорила, что от Павлины Оскаровны. Прошу в кабинет.
Сюзя скользнула в проём, а Вероника шаловливо погрозила пальчиком шефу и занялась своими бумажными делами.
– Ну-с, божья коровка, что ты умеешь делать? – спросил Ефим, оставшись с новенькой с глазу на глаз. – По виду тебе лет восемнадцать, верно? Для начала – есть у меня свободное местечко курьера…
– Почему курьера? – наивная Сюзя оттопырила губу ещё дальше. – Тётя Паша обещала, что вы возьмёте меня телохранителем!
Оп-па, мы ещё и выделываемся? Ефим терпеть не мог, когда с ним спорят в его же кабинете. Он владелец компании. Он босс! А тут припёрлось какое-то сопливое недоразумение и выступает.
Будь на месте Сюзи кто другой – здесь бы их общение и закончилось. Но это была тёщина родня, вроде как дальний член семьи, и приходилось вести себя более дипломатично.
– Мало ли что тётя Паша обещала! – посуровел Щепоткин. – У меня в компании нет вакансий телохранителей! Они мне не нужны. Я не министр и не папа римский. Стало быть, на первых порах…
– А я хочу телохранителем! – капризно надулась божья коровка. – Я уже вижу себя телохранителем! Смотрите сами, мне идёт чёрный костюм? Идёт ведь, правда?
Ефим вынужден был признать, что несмотря на некоторую нелепость и нескладность, навязчивая Сюзя стройна и длиннонога, если не сутулится. И даже весьма миловидна, не будь этой оттопыренной детской губы и вздёрнутого носа.
– И к тому же телохранителем работать легче, чем курьером! – практично добавила Сюзя. – Если хозяина не убивают, то мне и делать ничего не надо. Знай себе сиди и в телефоне пиликай. Здорово же?
– Очень здорово… – пробормотал Ефим. – Сам бы на такую работу пошёл…
Чутьё безошибочно подсказывало ему, что хлебнёт он горюшка с тёщиной крестницей.
***
– Сюзя, взгляни на свои мощи! Какой из тебя телохранитель? В спортзал ходила когда-нибудь?
– Ага! – кивала Сюзя. – Два раза в неделю хожу! Мы там в теннис играем. На щелбаны. Ещё я люблю апельсины, пирожные и спать.
– Серьёзная подготовка. Спецназ и Рэмбо тихо курят в тамбуре.
– Я даже занималась фиговым катанием… то есть фигурным, – добавила Сюзя. – Правда, оно больше получалось фиговым, чем фигурным. Без коньков я стояла на льду лучше. А в коньках всё время садилась на задницу.
– Ох и подарок мне тёща вручила… – Ефим Щепоткин потёр лоб. – Ты вообще знакома с азами работы телохранителя? К примеру, знаешь, что на улице охранник всегда идёт чуть сзади, чтобы страховать тыл? А в любое помещение он обязан входить первым?
– Мне первой входить нельзя, – рассудительно сказала божья коровка Сюзанна. – Вдруг меня там внутри убьют? Кто вас тогда охранять станет?
Душевная простота этой девчонки с оттопыренной губой забавляла и бесила Ефима. Он уже понял, что никакая она не засланная стукачка. Всего лишь глупенькое глазастое существо с наивными желаниями и детскими мыслями. Словно вчера на белый свет появилась.
– Коврикова, тебе бы в цирк идти, а не в охранники! – сказал он. – Ну а предположим, сейчас сюда ворвутся громилы с автоматами и начнут меня убивать? Твои действия?
– Тогда я начну плакать, – сказала Сюзя доверчиво. – Мне будет жалко терять такого работодателя, как вы.
Ефим не выдержал – захохотал на весь кабинет.
– Повезло мне иметь спокойный бизнес, без стрельбы и разборок, – заметил он, отсмеявшись. – В девяностые годы я с тобой пяти минут бы не прожил. Ладно, погнали обедать!
– А апельсины будут? – обрадовалась Сюзя.
– Обязательно. Как же телохранителю без витаминов?
***
На парковке у супермаркета, когда они возвращались к машине с апельсинами, Ефима подстерегал неприятный инцидент. Впритык к его «вольво» стоял какой-то раздолбанный тазик. Из салона высовывались три молодых бычары.
– Эй ты, кабан! – матерно заорали Щепоткину. – Живо убрал свою гнилушку! Раскорячился тут, пиджачок!
Наезд был ни о чём, пустяковый. Но охранника поблизости не наблюдалось, а были только три обкуренных чмыря и Ефим с Сюзей.
– Эй, повежливей нельзя? – отозвался Ефим раздражённо. – Скоро мы сядем и уедем.
– Он ещё и вякает! – сказал самый наглый бык. – Может, таблом об капот его, братва? И соску его потеребим малёха?
Положение нелепое. Быки стали теснить Ефима, хватать за рукава, дышать в лицо наркотическими парами. Щепоткин когда-то занимался самбо, но тут слегка растерялся.
«Блин, неужели меня утопчут трое малолеток? – мелькнуло в голове. – Среди бела дня, на стоянке! Я их, конечно, потом вычислю и найду, но это потом… а по щам отхвачу прямо сейчас. Прямо при своей горе-телохранительнице».
– Мальчики, не трогайте его! – раздался звонкий голос Сюзи. – Он мой начальник, не бейте! Хотите, я перед вами разденусь? Только не бейте его!
Трое обкуренных быков удивлённо повернулись к девушке. Ефим тоже. А Сюзанна действительно начала расстёгивать на себе блузку. Одну пуговку, другую…
– Клёво, соска! – похвалил кто-то из бычар. – Продолжай!
– Чего встали, Ефим Палыч? – закричала Сюзя. – Дайте им по башке! Я не могу раздеваться вечно, у меня не сто одёжек!
Опомнившись, Ефим врезал по черепу самому здоровому и наглому. Второго Сюзя пнула в коленную чашечку и наградила оглушительным визгом. А от будки уже бежал охранник, кто-то звал полицию и молодые торчки предпочли убраться восвояси. Прыгнули в свой тазик и уехали.
– Ловко ты их, божья коровушка, – сказал Ефим, открывая дверцу. – Соображаешь иногда.
***
После обеда к Щепоткину приехал приятель Семён Звягин – обсудить общие проекты. Звягин тоже мутил бизнес, с Ефимом они давно партнёрствовали и на пару перетаскали немало девок.
Скромно сидя в уголке, Сюзя чистила апельсин.
– Это кто у тебя? – шепнул Семён. – Симпатичная мордашка, ножки высший сорт! Вместо Вероники секретаршу взял, что ли?
– Нет, – так же шепнул Ефим. – Это недоразумение сплошное. Тёща навязала… родственницу свою. Типа телохранителя тебе, говорит, ха-ха-ха.
После того, как вопросы были решены, разбитной гуляка Семён сказал:
– Палыч, если она тебе не нужна – отдай её мне? Тёще скажешь: пристроил девку к старому корешу, всё будет в шоколаде. С меня элитный коньяк!
– Но зачем тебе эта обуза? – рассмеялся Ефим. – Она чистое дитя, ни на что не пригодна. Ни украсть, ни покараулить. Знай в телефоне играется.
– А зачем женщины нужны? Так… для красоты, – пожал плечами Сёмка. – Не бойся, не обижу цыплёночка. Кормить-одевать буду. Цацки дарить, на курорт катать. Всё равно старая любовница надоела, менять пора. А ты от «хвоста» избавишься. Согласен?
– Лишь бы она согласилась, – Ефим поманил пальцем Сюзанну. – Эй, моя верная секьюрити! Хочешь на работу к Семёну перейти? Он парень чёткий.
– Опять работать? – надулась Сюзя. – Сколько можно скакать с места на место? Ефим Палыч, я только-только к вам привыкла…
– Как сыр в масле кататься будешь! – сулил Семён, беря девушку под руку. – Всей работы у меня – глазками хлопать и наряды менять. В театр водить буду, в Египет повезу… Договорились?
Сюзя стояла, как деревянная. Беспомощно смотрела на Ефима, на Семёна и ждала, что скажет начальник. Щепоткину вдруг стало её немного жаль и он разозлился на себя.
– Чего уставилась? – сказал он грубовато. – Иди, пока предлагают! Мне с тобой по театрам таскаться некогда, у меня для этого жена есть. Только ты, Семён, помягче с ней там… Не напирай на юную бесприданницу.
Сияющий Звягин приобнял Сюзю за талию, забормотал ей на ушко и повёл с собой. Сюзя не слушала его, оборачивалась назад, всё искала глазами Ефима… Щепоткин не выдержал её взгляда – захлопнул дверь.
– Так будет лучше! – громко сказал он себе. – Семён знает толк в обращении с бабьим полом. Мужик проверенный, не жадный. Накормит дурочку, обогреет, защитит…
«Он-то защитит, – сказал внутри противный голос. – А ты почему не смог? Слабо? Спихнул девочку и рад!»
Сев за стол, Ефим обхватил голову руками. Вспомнил, как храбро Сюзя вступилась за него на стоянке. Как доверчиво прижималась к нему в ресторане. Увидел недочищенный ею апельсин. Внезапно его накрыло чувство, будто он кого-то предал.
«Что со мной? – устало подумал Щепоткин. – Зачем я её отдал? Может, набрать Сёмку, пока они не уехали? Сказать ему, что сделка отменяется?»
Ефим потянулся за телефоном, когда дверь распахнулась и на пороге возникла сама Сюзя. Глаза её полыхали сердитым огнём, а нижняя губа оттопыривалась как целый лыжный трамплин.
– Ох и удружил ты мне, а ещё начальник! – накинулась она на Ефима. – Ты кого мне подсунул? Не успели мы выйти – твой кореш меня уже за ляжку хватает! Тебе бы понравилось, если бы Семён тебя за ляжки щипал?
От Сюзи веяло такой неподдельной ребячьей яростью, что Ефим невольно улыбнулся.
– Мне бы точно не понравилось! – сказал он. – Мы, знаешь ли, не настолько дружны с Семёном…
– То-то же! А я почему должна терпеть? – Сюзя уселась в кресло и насупилась. – И быстро отдай мой апельсин! Ты меня ему нарочно сбагрил, чтоб втихомолку их стрескать?
– С тобой не соскучишься, – сказал Ефим. – Держи свой апельсин. Спасибо. Почему-то я рад, что ты вернулась…
Зазвонил телефон – на линии была тёща Павлина Оскаровна.
– Привет, любезный зять! – загудело в трубке. – Как там моя крестница? Не сильно под ногами путается?
– Нет, не путается, – честно сказал Ефим. – С крестницей всё в порядке. Думаю, очень подходящий кадр для моей фирмы. Нас с нею ждут великие дела!
– Всё у нас впереди, – подтвердила Сюзанна. – Вы же хороший…
Автор: Дмитрий Спиридонов
КОММЕНТЫ